Каждую декабрьскую неделю я провожу праздничные квесты и мастер-классы. Когда приходит очередь наряжать главную героиню вечера — ёлочку, публика ждёт не банального дежурного блеска, а зрелища, способного вызвать эффект «вау». Подбор игрушек для меня сродни режиссуре: магазинные артисты взаимодействуют с ручной работой, формируя живую мизансцену.
Блестящая витрина
Ассортимент торговых площадок напоминает музей полиморфных искр. Здесь и тонкостенные шары из дутого стекла, и прочные акриловые стробосферы, устойчивые к детским рукам. Чтобы не перегрузить зрителя, я задаю одноцветную базу, а затем вписываю элементы контраста: матовая сосулька рядом с хромированным колоколом создаёт ритм, подобный джазовому свингу. Из редких находок отмечу фиолетовый «параболойд» — игрушку эллипсоидной формы, внутри которой спрятан крошечный лазерный диод. Такой приём называют «люминографией в миниатюре».
Стандартные крючки я заменяю капроновой леской: подвес становится невидимым, а шар будто парит. При ярком фронтальном освещении указанный приём добавляет сцене 3-D глубины. Для ароматизации под стеклянной полусферой размещаю фрагмент корицы, метод носит термин «осмоинсталляция», когда визуальный акцент получает союзника — запах.
Ателье дома
Домашняя мастерская наполняется шорохом бумаги, хрустом солёного теста и шелестом атласных лент. Я расставляю станции: оригами-уголок, печь для выпекания фигур, сектор вышивки. Детям предлагаю сделать «каураку» — подвеску из скрученной фольги с вкраплением фольготекста (топоним японских театральных кукол). Взрослые экспериментируют с мозаичной техникой «пике-ассорти», когда на прозрачный шар по спирали наклеиваются осколки перламутровых ракушек.
Для быстрой сушки тестяных фигур применяю псевдокапроновое сушило — поток тёплого воздуха, направленный через сетчатую трубку. Поверхность при этом схватывается равномерно, исключая трещины. После окрашивания ввожу приём «кракле-камео»: на слегка подсохший первый слой наношу холодный лак, что рождает сеть едва заметных прожилок, напоминающих сусальное золото.
Игра и азарт
Когда свежеиспечённые украшения занимают ветви, начинается шоу-лотерея. Каждый гость получает жетон с кодом, совпадающим с тайно спрятанными метками на части игрушек. Найдя метку, участник снимает приз, а предмет возвращает в ансамбль — так ветви не остаются пустыми. Формируется динамичный перфоманс: поиск, радость, обмен, аплодисменты. Под конец вечера ёлка словно запечатлевает инсценировку зимней ярмарки: яркие акценты из магазина соседствуют с теплом рукодельных артефактов, а гости уносят домой не сувениры, а историю, возникшую на их глазах.
Наблюдать, как дети сравнивают зеркальный шар и пахнущий корицей пряник, всегда напоминает мне дирижёра, балансирующего тембр флейты и контрабаса. В такие минуты праздничная ель перестаёт быть простым декором и превращается в площадку, где материал встречает фантазию, а публика получает повод для импровизации ещё задолго до боя курантов.
